Форумы     Карта портала  
 
www.nlb.by
НАЦИОНАЛЬНАЯ БИБЛИОТЕКА БЕЛАРУСИ
Регистрация Вход Помощь
Логин пользователя
Пароль

Забыли пароль?
   
 
АРХИВ НОВОСТЕЙ
 
ПОДПИСКА НА НОВОСТИ
ПОИСК
Поиск в ЭК
Помощь [?]
Новости библиотек
2013-11-20  
НОВОСТИ
Максим-книжник на Пилимо
Улица Пилимо (в переводе с литовского Завальная, т.к. пролегает сразу за несуществующим ныне валом и бывшими оборонительными укреплениями Старого города) – одна из богатейших на памятные места, связанные с жизнью и деятельностью наших земляков.

О каждом из них предстоит отдельный разговор. Но самая длинная беседа пойдет о здании по адресу Пилимо, 5 / Калинауско (Кастуся Калиновского), 2. Четырехэтажный жилой дом – не самый старый в городе. Построен в самом начале ХХ века в стиле модерн. А примечателен тем, что его посещали не просто известные личности, а фигуры первой величины в литературе, искусстве Беларуси и Литвы.

Вечера с чаепитием у печки

Прошло более ста лет с тех пор, как в мае 1911 года здесь обосновался коллектив «Нашай нівы» – на то время единственной в мире газеты, издававшейся на белорусском языке. Адрес редакции в то время указывался так: город Вильна, улица Завальная, 7, а сейчас нумерация зданий изменилась. Главное, что остался в неприкосновенности «тот самый» дом. Цела даже внутренняя отделка.

Чтобы найти вход в бывшее помещение «Нашай нівы», станьте лицом к фасаду со стороны улицы Пилимо. Над крайними слева окном и витриной на первом этаже до сентября 1913 года висела вывеска «беларускай газэты»: кириллицей и латиницей, так как еженедельник выходил двумя шрифтами.

Теперь со стороны Пилимо фасад украшают две мемориальные доски. Одна – в честь Вацлава Ластовского. Таблица сообщает, что этот белорусский литератор, общественно-политический деятель жил здесь с 1910 по 1920 год. Второй памятный знак увековечивает Марию Ластаускене-Иванаускайте и подсказывает, что литовская писательница проживала тут с 1910 по 1915 год. Вацлав и Мария благодаря супружеству сделали свое жилище одним из центров единения белорусов и литовцев. Вот что позже об этом рассказывала их старшая дочь Она Ластаускайте-Гловацкене: «Наше жилище было маленькое, состоявшее всего из одной комнаты, при белорусском книжном магазине, где находилась и редакция белорусской газеты «Наша ніва», в которой работал отец. При магазине в большом подвале был склад книг, часть лежала прямо на земле, и они иногда заменяли стулья. Посередине стояла небольшая круглая печка, которую топили вечерами и грели на ней чай.

Здесь вечерами и собирались знакомые отца: белорусский поэт Янка Купала, писатель Змитрок Бядуля, писательница Тетка (Пашкевич). Приходила и моя тетя Зося (София Пшибиляускене-Иванаускайте, сестра Марии Ластаускене, – вместе они творили под псевдонимом Лаздину Пяледа и почитаются как классики литовской литературы. – В.К.), иногда заглядывал и хороший тетин друг Людас Гира (литовский поэт, писавший также по-белорусски). Постоянными гостями были две молодые девушки – Владя Станкевич (будущая жена Янки Купалы) и Констанция Буйло. Девушки тоже активно участвовали в литературных дискуссиях.

Писатели, собиравшиеся в подвале, читали свои новые произведения, делились впечатлениями. В подвале было уютно, от печки расходилось приятное тепло, электрическая лампа хорошо освещала помещение. Временами на печке вместо чая варился картофель, который ели с солеными огурцами или селедкой, ведь на лучшие угощения ни у кого не было средств. В этом подвале было прочитано впервые немало достойных литературных произведений».

Она Ластаускайте-Гловацкене была женой Пиюса Гловацкаса, деятеля Коммунистической партии Литвы. За антигосударственную деятельность в 1923–1939 годах Гловацкас сидел в тюрьме, смертный ему приговор президентом Литвы Антанасом Смятоной был изменен на пожизненное заключение. В июле 1939 года амнистирован. В июне – августе 1940 – генеральный секретарь Министерства иностранных дел Литвы, участник ликвидации министерства в период включения страны в состав СССР. Она Ластаускайте жила в Минске. После войны в столицу Белоруссии приезжала и Мария Ластаускене, встречалась с вдовой Купалы – Владиславой Станкевич-Луцевич, с которой сдружилась еще в Вильне.

Среди гостей гостеприимной виленской квартиры Ластовских был также литовский художник Антанас Жмуйдзинавичюс.

Редакцию «Нашай нівы» возглавлял тогда Александр Уласов – соответственно в доме на Пилимо он был не гостем, а одним из хозяев. Когда в сентябре 1913 года газета переехала в другое помещение – на улицу Виленскую, 29 (ныне Вильняус, 14), Ластовский остался на прежнем месте. Он заведовал «Беларускай кнігарняй» с 1913 по 1918 год.

С февраля 1916 года по март 1918 года в здании на Пилимо, 5 находилась редакция газеты «Гоман» (до апреля 1917 ее редактировал Ластовский, а затем Язеп Соловей). А «Беларуская кнігарня» оставалась здесь и в 1920-е годы.

Две бессонные ночи Богдановича с Ластовским

Главное событие, которым прославился дом на Пилимо, 5, серьезно повлияло на ход развития и белорусской литературы и всего национального самосознания. Это всего лишь две ночи, проведенные в гостях у Ластовского Максимом Богдановичем в июне 1911 года. Как это было, рассказал в своих воспоминаниях сам Вацлав Юстинович:

«М. Багдановіч пісаў у рэдакцыю "Нашай нівы", што ён хацеў бы ў гэтым годзе выкарыстаць свае канікулы на першую паездку на бацькаўшчыну і прабыць які месяц дзе-колечы на вёсцы, каб азнаёміцца з мовай і бытам таго народа, на служэнне якому хацеў пасвяціць свае сілы. Па нарадзе, якая адбылася паміж братамі Луцкевічамі і А(ляксандрам) Уласавым, М. Багдановічу адпісаў А(нтон) Луцкевіч, запрашаючы на лета да свайго дзядзькі, дробнага шляхціца, які меў свой фальварак недзе між Вілейкай і Менскам.

У чэрвені месяцы прыехаў М. Багдановіч у Вільню...

Праездам у вёску М. Багдановіч прабыў двое содняў (суток. – В.К.) у Вільні. Абедзве ночы начаваў у рэдакцыі "Нашай нівы", якая тады месцілася на Завальнай вуліцы, № 7, у тым самым памяшчэнні, дзе цяпер "Беларуская кнігарня". Абедзве ночы я правёў разам з ім, і кожны раз гутаркі нашы зацягаліся ад змяркання да світання.

Багдановіч дзяліўся сваімі думкамі і з захопленнем пераймаў ад мяне мае ведамасці з беларускай (крыўскай) этнаграфіі і гісторыі, якія я пераказваў яму, як умеў, дэманструючы быўшыя пры рэдакцыі калекцыі Івана Луцкевіча. Асабліва глыбокае ўражанне на Багдановіча зрабілі рукапісы старасвецкіх славянскіх кніг і дакументаў, а такжа слуцкія паясы, якія па некалькі разоў пераглядаў.

– Гэта ёсць фундамент нашага адраджэння! Гэта і за тысячу гадоў будзе сведчыць аб нас! – казаў М. Багдановіч аб помніках нашай старасвецкай культуры...

На вёсцы М. Багдановіч не марнаваў часу. Ён напісаў там цыкл вершаў "Старая Беларусь", у якіх адбіліся яго настроі з пабыцця ў рэдакцыі "Наша ніва" і, цешу сябе, – часцю мае з ім начныя бяседы, акром таго – нізку вершаў "Места" і, урэшце, – "У вёсцы" і "Вераніка"».

Поясню еще кое-какие детали. «На бацькаўшчыну» 19-летний Богданович стремился потому, что прожил почти все время вдалеке от Белоруссии. Хотя родился в 1891 году в Минске, но уже в 1892 семья переехала в Гродно, а в 1896 – в Нижний Новгород, затем, в 1908, в Ярославль. В Ракутёвщине Богданович жил у хозяина фольварка – Вацлава Лычковского, дяди братьев Ивана и Антона Луцкевичей по матери. Отец писателя Адам Богданович позже в мемуарах уточнял, что сын «просто нуждался в отдыхе и чистом воздухе. Его тянуло в Белоруссию, где ему хотелось познакомиться лично с писателями и деятелями по возрождению, которые, между прочим, в письмах обещали его устроить в какой-нибудь сухой местности с сосновым лесом».

После Ракутёвщины Богданович снова был проездом в Вильне. И снова встретился с Ластовским.

Главное же: увиденные в здании на Пилимо, 5 в одну из бессонных ночей слуцкие пояса вдохновили поэта на сочинение стихотворения, приведшего к сакрализации древних тканей в сознании белорусского общества. Рискну утверждать, что без появления вот этих строк Максима шляхетский аксессуар XVІІІ века не приобрел бы особого значения для соотечественников в начале ХХ столетия и сегодня, когда реализуется государственная программа «Слуцкие пояса» по возрождению древнего промысла:

Ад родных ніў, ад роднай хаты
У панскі двор дзеля красы
Яны, бяздольные, узяты
Ткаць залатые паясы.
І цягам доўгіе часіны,
Дзявочые забыўшы сны,
Свае шырокія тканіны
На лад пэрсідзкі ткуць яны.
А за сьцяной сьмяецца поле,
Зіяе неба з-за вакна –
І думкі мкнуцца мімаволі
Туды, дзе расьцвіла весна,
Дзе блішчэ збожжэ ў яснай далі,
Сінеюць міла васількі,
Халодным срэбрам з’яюць хвалі
Між гор ліючэйся рэкі.
Цямнее край зубчаты бора...
І тчэ, забыўшыся рука
Заміж пэрсідзкаго узора
Цьвяток радзімы васілька.

Цитирую стихотворение «Слуцкія ткачыхі» по сборнику «Вянок. Кніжка выбранных вершоў», изданному в 1913 году в Вильне, – единственной прижизненной книге Богдановича. Она – тоже дело рук Ластовского. Хотя и не его одного. Но это – отдельная история.

Автор публикации: Виктор Корбут.

Источник: газета «СБ – Беларусь сегодня»

Читайте также:

ОСТАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ
Для добавления комментария Вам необходимо выполнить вход в портал
К этой статье нет комментариев
Официальный интернет-портал Президента Республики Беларусь Сайт Министерства культуры Республики Беларусь Сайт Беларусского Pеспубликанского Союза Молодёжи
Все права защищены
Национальная библиотека Беларуси
2006-2016

webmaster@nlb.by
220114, просп. Независимости, 116,
г. Минск Республика Беларусь
Тел: (+375 17) 266 37 37
Факс: (+375 17) 266 37 06